Побег и изгнание

Deutsche Übersetzung

С февраля 2022 года сотни тысяч жителей Украины, а также представители российской оппозиции, бежали в Германию. Многие из этих людей хотят рассказать свои истории до того, как память сотрет воспоминания. Наш проект — серия документальных «интервью против забвения» — ведется в сотрудничестве с Федеральным фондом изучения диктатуры Социалистической единой партии Германии.

«Русским я не сочувствую»

Ксения*, 25 лет, дизайнер, Киев. «Я не вижу противостояния россиян власти и ничего от них не жду».

«Люди боятся умереть»

Анна Тамбова, 39 лет, актриса, Киев. Говорит, что разучилась планировать жизнь.

«Двойственность — стратегия выживания»

Светлана*, 42 года, Санкт-Петербург, психолог. Считает, что русские привыкли жить двойной жизнью.

«Россия теперь – это диктатура»

Денис Одинг, 51 год. Художник, продюсер, организатор фестивалей электронной музыки, Санкт-Петербург. Этнический немец.

«Хотела в тероборону, но меня не взяли»

Катерина Сотникова, 23 года, IT менеджер, Киев. 24 февраля хотела записаться в тероборону, но без опыта туда не брали.

«Россия живет в тумане и этот туман токсичен»

Алхас Селезнев, 45 лет, фельдшер «скорой помощи» и детского хосписа, журналист, Москва. Считает, что единственный ресурс России — это люди.

«Уехала потому, что не могла остаться»

Анна Михайлова*, 57 лет, историк, Москва. Изучает историю национал-социализма и больше не надеется на улучшения в РФ

«Когда началась война, думала, что это сон»

Анастасия Коваленко, 26 лет, Киев. Работает в Берлине и хочет заниматься IT.

«Страну разодрали пополам»

Евгения Владимировна Дорфман, 86 лет, Киев. Пережила эвакуацию в 1941 и в 2022.

«Русская душа — это невроз»

Анна Демидова, 36 лет, режиссер, Москва. Считает, что Россия похожа на мужа-абьюзера.

старіші внески