Империя Путина падет в течение года?

Социологические опросы показывают, что большинство россиян по-прежнему поддерживает войну в Украине. Это будет продолжаться до тех пор, пока власть не ослабнет, а произойти это может в пределах года, считает социолог и публицист Игорь Эйдман.┃Анастасия Коваленко

Игорь Эйдман в интервью KARENINA: «Не думаю, что смута в России будет очень долгой, на это осталось около года».

KARENINA: Как Вы считаете, можно ли верить социологическим опросам в России, которые проводятся во время войны? 

Опросы в России касательно поддержки войны не адекватны ситуации. Они органически не могут передать реальную картину общественного мнения. В полицейском государстве, где люди боятся говорить правду, боятся противоречить государственной линии, линии пропаганды, любые опросы на остро актуальные политические темы не релевантны априори.

Данные опросов завышены, но полностью игнорировать их не нужно. По этим данным можно изучать определенные тенденции и динамику.

В каждый момент времени они завышены практически статично в пользу власти. По оценкам моих коллег, которые занимались этими опросами сейчас, поддержка войны и Путина завышена примерно на 15%. То есть она постоянно завышена на 15%. Но при этом сами результаты опросов меняются. Так можно отслеживать ситуацию, например, когда рейтинг Путина падает или поднимается.

Таким образом, говорить, что 85% — за войну — не корректно. Но можно говорить, что после всеобщей мобилизации, по данным «Левада-Центра», рейтинг войны и рейтинг Путина несколько просели.

Люди, которые поддерживают войну, кто они? 

У меня нет научно обоснованного подтверждения, но есть гипотеза на основе результатов исследований общественного мнения. Все население России можно разделить на три большие категории: 15% патриотов-фашистов, которые сознательно выступают за войну, 15% антивоенно и антипутински настроенных людей, лево-либеральная молодежно-анархистская часть, люди, которые даже в опросах говорят, что они против войны. Остальные 70% — это «болото», выражаясь языком времен Великой французской революции. Эти 70% могут примкнуть, куда угодно. Сейчас они примкнули к лагерю «патриотов».

«Болото» абсолютно лояльно власти. Что власть говорит, что говорит пропаганда, то оно и делает, то оно и считает правильным. При этом у таких людей нет четких устойчивых убеждений. Если завтра в России случится переворот, к власти придет Собянин и скажет, что все было неправильно, что Путин сошел с ума, то эти 70% сразу скажут: «Да! Мы тоже так всегда думали». Эти люди — как флюгер, другую власть они будут точно так же поддерживать, как и прежнюю. Просто сейчас они повернуты в эту сторону. При этом 15% фашистов будут возмущаться и протестовать.

«Болото» ориентировано на собственное благосостояние, а не на идейные имперские ценности. Оно считает, что власть всегда права. Это удобная конформистская позиция, а поддерживать власть конформистам всегда проще. Особенно, в России. Противостоять власти — значит, сразу иметь проблемы. Это психологически некомфортно. Люди из «болота» даже в условиях санкций искренне продолжают поддерживать власть, потому что считают, что их лишило благополучия НАТО, Америка, Украина, а Путин, наоборот, всех защищает.

Пока власть сильна, они не поймут, что что-то не так. Они могут что-то понять только тогда, когда власть потеряет монолитность и у них пропадут ориентиры. Например, в Советском Союзе тоже все поддерживали власть. Но во время перестройки ушел этот страх власти. Ушла монополия власти на информацию. Люди перестали понимать, кого слушать. Когда в России пропадет эта монополия, когда начнется раскол в элитах, признаки которого уже видны, тогда начнется противостояние.

Как работает пропаганда в России? 

Путин стал президентом благодаря пропаганде. Это заблуждение, что россияне выбрали Путина. Никакого Путина они никогда не выбирали, Путина им просто навязали. Если бы Ельцин так же привел Немцова и объявил его наследником, то он был бы так же популярен. Но он бы вел бы совершенно другую политику. Как только Путина назвали наследником, его рейтинг сразу же стал подскакивать. Когда Немцов приехал в Москву и стал вице-премьером и Ельцин его позиционировал как своего наследника, у него тоже моментально вырос рейтинг практически до президентского. Потом, когда его стало телевидение опускать, в связи с конфликтом с олигархами, рейтинг начал резко падать. То есть, все зависит от власти и ее инструментов пропаганды.

В России официальные СМИ не говорят человеческим языком. Это что-то за гранью человеческой культуры. Будто какие-то неандертальцы, не люди вообще. Люди, которые сидят на игле пропаганды, этого не замечают.

Другое дело, что не все сидят на этой игле. Молодежь, например, практически не смотрит телевизор. Я не могу сказать, что российская молодежь вся безумно прогрессивная и революционная. Она, скорее, аполитичная, инертная, но ей не нужна никакая война. Это тоже фиксируют опросы. При этом боятся все, но чем старше человек, тем большая вероятность того, что он лоялен к Путину и сторонник войны. Потому что у старшего поколения потребление информации чаще сводится к телевизору, их накачивают этой пропагандой.

Почему Россия опять начала активно атаковать Украину? 

Военные радикалы давно требовали бомбить города. Но до того, как пришел новый командующий (KARENINA — Сергей Суровикин, командующий объединенной группировкой российских войск в Украине), известный по ковровым бомбардировкам Сирии, военные не хотели расходовать дефицитные ракеты. Они понимали, что могут только портить украинцам жизнь, но не могут радикально выбить инфраструктуру. Украина слишком большая страна и ей все-таки помогает весь мир, Запад поставляет и будет поставлять ей противоракетные системы. Поэтому повторить то, как было в Сирии, не получится.

Примерно так же Гитлер хотел принудить Великобританию к капитуляции в 1940 году, но ничего не вышло. Да, людей погибло много, были серьезные бомбежки, серьезнее, чем в Украине. Но англичане выстояли, выдержали.

Как Вы думаете, что ждет Россию после окончания войны?

Я считаю, что война с Украиной в России закончится новой смутой, как часто было в российской истории, когда неудачные войны заканчивались внутренними конфликтами. Население будет примыкать к разным группировкам внутри элиты. Будут региональные, федеральные центры притяжения. Сейчас уже начинается раскол элит.

Чем эта смута закончится, прогнозировать сложно, но в долгосрочной перспективе, если человечество выживет, я верю, что пост-российское пространство придет к более демократичным, либеральным формам организации. Я не думаю, что смута в России будет очень длинной, но она практически неизбежна, потому что элемент хаоса начинает возникать уже сейчас. Причем это происходит в элите, что правильно, потому что большая часть социальных перемен зреет внутри правящей элиты. Дальше случится или ядерная катастрофа, или Путина свернут раньше. Я считаю, что на это остался где-то год. Свержение Путина мне кажется более вероятным.

Путин, конечно, безумен абсолютно, но он же не один. Было бы странно, если бы вся российская верхушка одновременно обезумела. Большинство вынуждено подчиняться, но, в тоже время, они хватаются за головы от того, куда он их тащит. Чем ближе он приближается к катастрофе, тем сильнее они будут хвататься за голову и в какой то момент они все таки попробуют его устранить, потому что страх перед той же ядерной катастрофой будет сильнее. Идейного идеологического фанатизма, который был у Гитлера и его окружения, у них тоже нет. Может сейчас у кого-то остаются идиотские надежды на то, что зимой вся Европа замерзнет и побежит к Путину проситься. Но скоро и они поймут, что мир катится в тартарары. Если до весны не случится ядерная война, иллюзии развеются.

Что касается экономического противостояния с Западом, то его плачевный результат для России скажется только весной будущего года, когда заработают санкции на российскую нефть и нефтепродукты. Нефтедоллары для российского бюджета приоритетны.

После этого из России могут выделиться и получить независимость отдельные республики, например, Ичкерия. Какие еще — будет зависеть от народов России. Я думаю, что многие будут мотивированы, потому что в России живет много народов, в том числе имевших в прошлом свою государственность.

Что касается оккупированных территорий Украины — они должны быть возвращены. Любой пришедший на смену Путина человек сразу уберется из Донецка и Луганска, потому что все эти годы это был «чемодан без ручки», который совершенно не нужен России и не дает ей ничего, кроме проблем.

С Крымом немного сложнее. Есть архетип массового сознания, который я застал еще в советские времена. Мои друзья, когда мы были подростками, может, наслушавшись родителей, уже тогда говорили: «Вот, Хрущев Крым хохлам отдал». То есть, это придумано не сейчас. Эта легенда бродила давно. Поэтому будущему руководителю России будет сложно. Могут быть придуманы какие то переходные периоды, взятия Крыма под международный Европейский контроль, совместное управление или вовсе отделение Крыма. Но Украина на все это вряд ли согласится, так что, думаю, в конечном итоге Крым будет опять украинским.

Простят ли украинцы россиян? 

Дружба и конфликты народов — это довольно условные понятия. Немцев после Второй Мировой войны в Европе еще лет 50 ненавидели, а сейчас относятся к ним совершенно спокойно. Все это проходит. Я, например — еврей, живу в Германии. Но я не испытываю к немцам никаких негативных чувств. мой отец еще имел предубеждения о немцах. Помню, как он смотрел футбол и всегда болел против «фашистов». Неважно, это была ГДР или ФРГ.

Тема языка перестанет быть животрепещущей. Сейчас она такова, потому что, очевидно, это защита от попытки России уничтожить украинский язык и украинскую культуру. Другое дело, что в Украине никогда не будет второго русского языка, это так же невозможно, как чтобы второй русский язык был в Германии. Здесь же тоже много русскоязычных, но такая мысль даже никому в голову не приходила.

В Киеве сейчас собираются закрывать музей Булгакова. В Индии была та же история с Киплингом. Булгаков, если почитать его “Белую гвардию” или посмотреть “Дни Турбиных”, он был абсолютно имперски настроен в отношении Украины. Так же, как Киплинг был настроен в отношении Индии. Хотя Киплинг родился в Индии, а Булгаков в Украине. Индийцы долгое время никак его не почитали и музей Киплинга открылся в Индии только лет 10 назад. То есть, прошло около 60 лет после обретения Индией независимости, и только после этого индийцы смогли относиться к Киплингу не как к певцу Британской империи и колониализма, а как к великому писателю. Это нормальный процесс. Нет никакой угрозы для культуры, потому что культура в головах, а не в музеях.

Игорь Эйдман (1968) — социолог и публицист, живет и работает в Германии. 

 

 

Nichts verpassen!

Tragen Sie sich hier ein für unseren wöchentlichen Newsletter: